octbol

Categories:

"Новая Холодная война". Впрочем, ничего нового #Байден #США #Россия #Украина #война #Китай #кризис

Долго ничего не писал об «обострении» в отношениях между российскими и американскими империалистами, — начальной точкой можно считать интервью американского скандально-избранного президента Байдена, в котором он назвал российского «национального лидера» убийцей, а закончилось всё, на сегодня, тем, что «дорогие россияне» ограничили работу американского посольства и посоветовали американскому послу уехать в Вашингтон для консультаций (своего посла из Вашингтона «хозяева России» отозвали).

Связано моё молчание с тем, что «дорогие россияне» и «тихие американцы» во время этого «обострения», в основном, болтают. Болтовня получается местами грозная, у «политологов» есть повод увязать это с очередным «обострением» на Донбассе и озабочивающим перемещением путинских вояк в сторону границы с Украиной, — но, по существу дела, ничего не происходит. А раз ничего не происходит, — значит, по крайней мере, можно не торопиться с «выражением позиции».

Об империалистическом представлении под названием «Новая Холодная война» я рассказывал ещё в 2014-ом, вскоре после первой «сравнительно большой» войны на Донбассе и перед «вторым актом» того же конфликта (возможно, когда-нибудь те события войдут в учебники истории, как «Война Татьянина дня»). Сейчас, поскольку за прошедшие годы лично я получил новые знания, а мировая повестка создаёт какой-никакой информационный повод, — хотелось бы кое-что уточнить. Сразу скажу, что ссылок на источники сегодня будет гораздо меньше, чем нужно было бы, и если в хронологии я что-то напутаю, — прошу судить, но не очень строго, о некоторых вещах напишу по памяти.

«Холодная война» (не «Новая», а настоящая), начавшись во второй половине 40-ых годов прошлого века как противостояние военных союзов социалистических, во главе с Советским Союзом, и империалистических, во главе с Соединенными Штатами Америки, государств (скреплённых, соответственно, Варшавским договором и Северо-атлантическим соглашением), — уже со второй половины следующего десятилетия стала превращаться в «гибридный конфликт». Когда именно состоялась окончательная «гибридизация» противостояния, сказать трудно: во времена Хрущева, предполагаю, советское руководство искренне желало «закопать» капитализм и установить коммунистические отношения во всём мире, во времена Горбачева сговор был уже заметен невооружённым глазом, а осознание «конвергенции», возможно, произошло в 1967 году, когда скинувшие Хрущева «днепропетровские» оттеснили Шелепина, Семичастного и других «нео-сталинистов» (но я не утверждаю, что с Шелепиным и Семичастным связано какое-либо «здоровое начало», это чистое предположение, которое ни на чём не основано).

Говоря о «гибридизации» и «конвергенции» в «Холодной войне», я имею в виду, что с некоторого времени противостояние между социалистическими и империалистическими государствами превратилось в мировое классовое противостояние, по ходу которого советские и китайские «партийные бюрократы» (реакционная их часть, занявшая руководящее положение) стали действовать заодно с американскими империалистами, — против правивших в СССР и КНР рабочих и американского пролетариата. «Военные эксцессы» США использовались контрреволюционерами в «верхах» (точнее, привилегированных низах) СССР и КНР для того, чтобы не допустить народных выступлений против себя, любимых. Не думаю, что нужно кому-либо доказывать то, что страх перед «новой Войной» (возможно, к тому же, «Ядерной»), многократно усиливаемый незаживающими ранами Великой Отечественной, на поведение советских коммунистов влиял очень сильно... и способствовал не развитию их сознательности, а именно «сплочению вокруг ленинского Политбюро ЦК КПСС»; в Китае против соответствующих тенденций в среде своих «соратников» восстал было Мао Цзедун, попытавшийся опереться на «низы интеллигенции»... но это его восстание, в конечном счёте, потерпело поражение, ещё при жизни Мао все «репрессированные» во время «Культурной революции» были реабилитированы, снова заняли места в партийном руководстве, сосредоточили в своих руках рычаги управления государством, и вскоре после смерти Мао расправились с его сподвижниками (а затем подавили и движение китайского «простонародья», чем по сей день восхищаются иные мрази, именующие себя «коммунистами», у нас в России и не только здесь; «Расстрелом на Тяньаньмэнь» знаменуется окончательное уничтожение всех остатков диктатуры пролетариата в Китае, как и расстрелом Дома Советов в 1993 году знаменуется окончательное уничтожение диктатуры пролетариата в России). В то же самое время, американские империалисты использовали «советскую угрозу» для того, чтобы подавлять революционное движение «своих» пролетариев, заражать их сознание ложными установками (крайним их выражением стали «нео-консерватизм» и «религиозный фундаментализм») и так далее.

Отдельно нужно сказать о взаимоотношениях между СССР и КНР со второй половины 70-ых годов, — и до 1991-го. При Мао, напомню, СССР и КНР открыто воевали, и те открытые военные столкновения закончились победой СССР. После смерти Мао, начиная уничтожение завоеваний «Культурной революции», контрреволюционеры, ведомые Дэн Сяопином... высоко (гораздо более высоко, чем оно поднималось при Мао) подняли знамя «Борьбы угнетенных народов Третьего Мира», — против, соответственно, империалистов «Первого Мира» (США и их союзники) и «социал-империалистов Второго Мира» (СССР и его союзники). Под этим знаменем новое руководство Китая вступило в «гибридные» войны против СССР и союзных ему государств: Вьетнам надолго увяз в «Кампучийской войне», Кубе пришлось «тянуть» войну в Эфиопии (именно во время той войны, кстати, в рядах финансируемого китайскими контрреволюционерами «Народного фронта освобождения Тыграй» началась политическая карьера Федора Гебреисуса, ныне возглавляющего страхолюдную «Всемирную Организацию Здравоохранения»; о том, чем именно занимался молодой медик во время гражданской войны, общедоступные источники старательно умалчивают, но известно, что в Эритрее, откуда этот Федя родом, тогда было очень «жарко», и в «замес» попадали даже советские граждане), — а сам СССР увяз в «Афгане». Во всех трёх случаях Китай, при этом, вполне открыто сотрудничал с США, — и в последнем случае, кажется, «сбрасывал горячую молодежь» (из пресловутого «Синьцзяньского региона», он же Восточный Туркестан). Всё это... не помешало советскому руководству 19 мая 1991 года передать «китайской стороне» остров Даманский, — тот самый, из-за которого СССР и КНР воевали при Мао. И тут, конечно, можно отговориться тем, что «при Горбачеве сдавали все», — но не выйдет, хотя бы в силу того, что озеро Жаланашколь Китай так и не получил; можно предположить, что передача Даманского Китаю была частью (и видимым проявлением) «большой игры», которую «противостоявшие» друг другу советские и китайские «партийные бюрократы» сообща вели против рабочих СССР и Китая, — «игры», по ходу которой советская «бюрократия» через «Афган» частично уничтожала и психологически «ломала» рабочую (прежде всего; но «дамоклов меч» отмены отсрочек и мобилизации нависал и над молодыми интеллигентами) молодёжь, готовя «большие события», а китайская «бюрократия», соответственно, усыпляла бдительность «своих» рабочих («Борьба народов Третьего Мира!», «Продолжение дела Мао!»), раздувая «патриотический» психоз.

Итак: разыгрывая, — поначалу стихийно, а с конца 60-ых, видимо, уже совершенно сознательно, — «идеологическое противостояние», «верхи» США и «привилегированные низы» СССР и КНР сообща боролись против мирового рабочего класса. В США жёстко подавлялось всякое революционное движение, — но не только «кнутом», а ещё и с помощью всяких отравленных «пряников», — а в СССР и КНР «бюрократы» постепенно готовили превращение социалистической государственной собственности в частную. В этом, — подавлении революционного движения рабочего класса совместными усилиями американских империалистов и «партийных бюрократов» СССР и КНР, — и заключалась действительная война на втором, начавшемся в середине 50-ых годов, этапе «Холодной войны». Американские империалисты стали победителями в этой войне, — но не единственными. Китайским «партийным бюрократам» удалось превратить социалистическую собственность в буржуазно-государственную, — и установить в Китае открытую террористическую диктатуру себя, любимых, то есть новоявленных капиталистов. Советским «партийным бюрократам» то же самое провернуть не удалось: советский рабочий класс, ослабленный и оглуплённый, всё же восстал, — и этим рабочим восстанием воспользовались «молодые партийные бюрократы» из «Уральского куста», сумевшие отстранить от управления «всесоюзную бюрократию»; они, наряду с американскими империалистами и китайскими «партийными бюрократами», и стали победителями «Холодной войны» на «Российском театре военных действий».

Однако общественные противоречия, породившие «Холодную войну», никуда не делись. Наоборот: после падения «Империи Зла» они стали обостряться, — поскольку у «тихих американцев» и «хитрых китайцев» пропала возможность использовать СССР в качестве пугала. «Лихие девяностые» стали временем всеобщей растерянности, — но взрывы домов сперва в России, а потом и в США возвестили о том, что растерянность прошла. Победители «Холодной войны», — «тихие американцы», «хитрые китайцы» и «дорогие россияне», — опять стали разыгрывать «Глобальное Противостояние» друг с другом... и опять их целью стало подавление революционного движения (и всяких его зачатков) в США, Китае и России, а вовсе не «победа над принципиальным противником». В 2015 году в России произошли известные события, поэтому Китаю и США пришлось разыгрывать пьеску без «дорогих россиян»... а в следующем году американские рабочие выбрали президентом Трампа, и «постсоветский» порядок затрещал по швам (которые в прошлом году пришлось заделывать медицинскими масками). Теперь же, с возвращением «демократов» (по существу, «демократически-республиканского истеблишмента»; президент-«республиканец» Буш-младший и его чёрные, жизни которых были очень важны, — раз, два, — играли в «Холодную войну», даже не пытаясь нарушать «правила»), представление начинают разыгрывать с новой силой. «Питерские», сменившие «уральских» на «российском престоле», с 2015 года потеряли рычаги управления уважаемым парламентом и авторитетным правительством, их «национальный лидер» превратился в приложение к Ново-Огареву, — и в таком состоянии «дорогих россиян», видимо, сочли возможным снова допустить к участию в «Большой Игре».

Главным противником империалистов, разыгрывающих между собой «Новую Холодную войну» сейчас, судя по общедоступным данным, является американский рабочий класс. Он удачно расколот: сравнительно немногочисленные (но всё равно это сотни тысяч людей) «передовые рабочие» и искренне сочувствующие им интеллигенты (а таких, может, и несколько миллионов наберётся) увлечены «левой повесткой» в издании «Демократической партии», в то время как основная масса американских пролетариев находится под влиянием «новых правых», — но прошлогодние события привели всю пролетарскую массу США в движение, и опасность «соединения осколков» просто так не устранить. «Новая Холодная война» — может и не лучшее средство для того, чтобы помешать такому взрывоопасному соединению, но у американских империалистов не так уж много времени, чтобы изобретать что-то новое. Китайские и российские капиталисты, естественно, рады помочь, — в «их» странах революционное движение пока не столь сильно, зато революционные традиции крепче и, соответственно (для «верхов») страшнее. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded