octbol

Category:

Из пушки - по "Воробью" (и мимо) #BadComedian #КрасныйВоробей #кино #США #русофобия #ХолоднаяВойна

То ли ещё в конце прошлого года, то ли уже в начале этого я узнал, что в США сняли фильм с пугающим названием: «Красный воробей». Тем не менее, как сейчас помню, мне сразу захотелось его посмотреть; по одной-единственной причине: в главной роли была заявлена Дженнифер Лоуренс, если не лучшая, то одна из лучших драматических актрис современности.

Название же меня испугало потому, что намекало на то, что в качестве «плохой стороны» в фильме будет показан Советский Союз; так уж вышло, что с детства я достаточно хорошо перевариваю американское кино, — даже самое «тупое», — при одном условии: если там нет «антисоветчины». Смотреть же на «антисоветчину» с участием даровитой Лоуренс не хотелось совсем... вообще... совершенно. 

Так или иначе, весной фильм появился в Интернете, — и 9 мая, «набравшись мужества», я посмотрел первую половину (на просмотр всей картины просто не хватило времени, поскольку День Победы пришёлся в этом году на среду, следующий день был рабочим и к выходу на работу надо было подготовиться), а 12 мая просмотрел фильм уже целиком. Отлегло уже в первые минуты просмотра...

Потому как раз по московским улицам катаются машины «Полиции», а не «Милиции», — значит, действие фильма происходит не в СССР, а в ельцинско-путинском государстве, к тому же после 2011 года. А это самое ельцинско-путинское государство — такое мерзкое, что какие про него пропагандистские «страшилки» ни снимай, действительность окажется ещё страшнее и гаже. Через некоторое время в кадре появились российские вояки с власовскими флагами на форме, — и можно было успокоиться окончательно.

По итогу, в общем и целом, фильм мне скорее понравился, чем не понравился. Краткое содержание: молодая русская балерина, — девушка из «хорошей», интеллигентной московской семьи, племянница одного из начальников путинской «Службы внешней разведки» (и, по совместительству, «главного злодея»), — во время выступления получает тяжкую травму, и о балете ей приходится забыть; в дальнейшем она узнаёт, что «несчастный случай» был подстроен её партнёром, который действовал в сговоре с другой балериной, её конкуренткой, — и жестоко мстит обидчикам, после чего становится агентом российских спецслужб... особым агентом, действующим, главным образом, «через постель»... «медовой ловушкой», короче говоря, а в фильме таких агентов называют «воробьями» (не красными, а просто... это важно); получив задание вступить в контакт с агентом ЦРУ, чтобы разоблачить связанного с ним американского шпиона в руководстве российских спецслужб, она, в конце концов, решает перейти «на сторону Добра»; по ходу дела личность шпиона оказывается ей известна, и шпион даже предлагает выдать его (чтобы героиня, сдав «очень ценного» американского агента, сама стала «сверх-ценным»)... но, в итоге, героиня проворачивает гораздо более изощрённую комбинацию, выставляя американским шпионом собственного дядю. Отыграно это всё довольно-таки неплохо, сама Лоуренс работает на обычном своём уровне (не «выше головы», но и не «ниже среднего»). Кино, конечно, получилось несвободным от откровенных глупостей... которые начинаются с самых первых минут...

Это молодая русская балерина, если кто не понял, переходит Театральный проезд по проезжей части, в рабочее время, и даже не «на светофоре»... ну, спешит на работу молодая русская балерина, с кем не бывает-то (и не надо меня спрашивать, куда делись фонтаны и вообще весь «ансамбль» Театральной площади, потому что я этот фильм не снимал).

Общее восприятие присутствующие в фильме глупости, однако, не портят. Даже наоборот: едва ли фильм улучшился бы от того, что героиня в этой же самой сцене шла бы через подземный переход, уткнувшись в смартфон, а из строя её, спустя несколько минут, выводили бы не так, как выводили («не-реалистично» ломая ногу ударом слёта), а, например, подложив стекло в пуанты или «уронив» на поддержке. В конце концов, это — драма, а в драматическом произведении условности не только допустимы, но и необходимы; вообще, искусство должно напоминать о жизни, - а не тупо копировать её, создавая сходные до отвратительности образы.

Наряду с антисоветчиной, не оказалось в «Красном воробье» и русофобии. То есть, Российское государство, конечно, показано, как «сторона Зла»... но, в то же самое время, положительные русские герои выставлены более умными, нежели американцы. «Старый предатель» генерал Корчной (фамилия, видимо, отсылает к советскому гроссмейстеру-перебежчику) придумывает хитрый план (с «разменом» его самого на главную героиню), который агент ЦРУ Нэш («главный положительный герой») не распознаёт (и упрекает героиню в «предательстве», ещё не зная, кого она, на самом деле, «сдала»), — а бывшая балерина, в итоге, осуществляет ещё более хитроумный замысел.

Есть, однако, у «Красного воробья» и существенные недостатки... можно сказать, они являются продолжением его достоинств. Пожалуй, главной бедой фильма стал сложившийся дуэт актрисы, играющей главную роль, и режиссёра (он тоже носит фамилию Лоуренс, но это простое совпадение). То есть, на этом сложившемся дуэте фильм, собственно, и держится... Дженнифер Лоуренс хорошо сыграла (можно даже сказать, вытянула фильм на себе, она это умеет), а Френсис Лоуренс неплохо поставил. Но...

Это — кадр из «Красного воробья». А вот — концовка последнего фильма серии «Голодные игры»:

Тут есть что-то общее, не правда ли? Контекст — совершенно другой, а что-то общее, всё-таки, есть. И это неудивительно: Дженнифер Лоуренс сыграла в «Голодных играх» главную роль (что принесло ей мировую известность), а Френсис Лоуренс был режиссёром в трёх частях «Голодных игр» из четырёх. Френсис Лоуренс хорошо знает, как надо снимать Дженнифер Лоуренс, а Дженнифер Лоуренс столь же хорошо знает, как надо сниматься у Френсиса Лоуренса. Вся беда — в том, что они всё друг про друга знали ещё в 2012 — 2013 годах, когда снимались «Голодные игры»... а нынче на дворе, всё-таки, 2018-ый.

Есть своё переходящее в недостаток продолжение и у отсутствия в фильме антисоветчины и русофобии. Их в фильме нет, — и, в итоге, получилось так, что вообще не очень-то понятно, где в фильме «сторона Добра», а где — «сторона Зла». То есть, по фильму понятно, что агент ЦРУ Натаниэл Нэш — это «добро»... но он, по сути дела, находится если и не в конфликте с «Системой», то где-то на грани такого столкновения; со «своими» ему постоянно приходится ругаться, «свои» его, складывается впечатление, недолюбливают. С другой стороны, по фильму понятно, что «замдиректора внешней разведки» России Иван Егоров — это «зло»... но он зло не потому, что россиянин, а просто потому, что редкостная мразь, питающая отнюдь не родственные чувства к своей племяннице (и готовая на любую подлость, чтобы, в конце концов, овладеть ею). В фильме никак не показано преимущество американской «системы» над российской «системой». Каковы вообще цели российской «системы» — остаётся неведомым (есть лишь крайне туманная фраза про «мировую справедливость», ради которой-де Россия готова «приносить жертвы»); ради чего существует «государственная школа разведчиц-шлюх» и вся «внешняя разведка» (со всеми её «зверствами») вообще, — не поясняется никак. Да и на американской «стороне» с идеалами, если присмотреться — полная пустота. То, что авторы фильма, на деле, ушли от клише «плохие русские пытаются уничтожить Cвободу, а хорошие американцы всячески защищают Свободу», делает им честь... вот только, к сожалению, они ни к чему не пришли. В итоге, по существу, остаётся история борьбы главной героини за собственное выживание и благополучие матери, — с ролями героинь, борющихся за собственное выживание, Дженнифер Лоуренс справляется очень хорошо, но их сколько уже было-то?..

И тем не менее, повторюсь, фильм в целом мне скорее понравился, чем не понравился. У «страшного» названия, как оказалось, был смысл, противоположный обычному для американского пропагандистского кино: «красный воробей» — это особенный «воробей», «воробей», переставший быть «воробьем». Неслучайно в начале фильма, — ещё не став «воробьем», ещё не утратив невинность, — героиня предстаёт перед зрителями в красном балетном платье:

В общем, посмотрел я этот неплохой американский фильм — и стал ждать. Ждать, когда кто-нибудь из российской «патриотической общественности» отпишется про «ужасную русофобскую поделку» или что-то подобное. Ждал-ждал, — и вот, стало быть, дождался.

Да-да. В дело вступил «Bad Comedian», гроза «Фонда Кино» (и соответствующего министра), а кроме того, как недавно выяснилось, большой друг «теле-марксиста» Семина. Тяжёлая артиллерия, в общем, выкатилась на нашу опушку. Настолько тяжёлая, что поначалу я даже хотел сделать построчный разбор «артиллерийского» обзора... но  вряд ли у меня это получится, так как перевод кривляний в осмысленные строки - дело слишком трудное и требующее столько времени, сколько у меня нет. Да и что можно ответить на «ироничные» комментарии вроде: «...ведь это - Россия, где все девушки - балерины, а все парни - КГБшники»; конечно, в фильме героиня прямым текстом говорит, что с детства смотрела на людей, спешащих по утрам на работу, и «не хотела быть как они» (за точность цитаты не ручаюсь, но смысл был именно такой), но ежели популярный российский видеоблоггер полагает, что американские кинематографисты не имеют права дотрагиваться до «сакральной» темы российского балета своими грязными руками, то как тут спорить... И тем не менее.

Для начала, «Bad Comedian» цепляется к «классическому русскому имени» главной героини... а зовут её, собственно, Доминика Егорова. В этом вопросе с «Bad Comedian», похоже, проявили солидарность даже российские прокатчики, усилиями которых Доминика была переименована в «Веронику». И было бы это обоснованно... кабы героиня фильма не выросла в тех условиях, в которых, по фильму, выросла. Напомню: в кино есть чёткое и однозначное указание на то, что действие происходит в России после 2011 года (по улицам Москвы ездит «полиция»); Доминика — молодая девушка, едва ли ей может быть больше 25 лет. Соответственно, родилась она в конце 80-ых годов XX века, — в, напоминаю, «хорошей», интеллигентной московской семье (дядя — не последнее лицо в спецслужбах, об отце не говорится ничего, — его нет в фильме, к началу событий он уже мёртв, — но можно предположить, что он занимал сопоставимое положение; мать, судя по ряду признаков, принадлежит к «творческой среде», возможно, тоже имела какое-то отношение к балету). Так вот... ответственно и со знанием дела заявляю: девушка, родившаяся в интеллигентной московской семье в конце 80-ых годов XX века, могла получить любое, сколь угодно «экзотическое», имя. В частности, Доминикой её могли назвать и под влиянием латиноамериканских сериалов (их по советскому телевидению начали показывать как раз в конце 80-ых, с «Рабыни Изауры»), и «по святцам» (такая мода в конце 80-ых тоже возникла в определённых кругах).

От имён, тем временем, «Bad Comedian» переходит к сути, и, войдя в образ, восклицает: «Может, хватит нанимать в разведку известных на весь мир людей?..». Ну что же... об этом тоже можно поговорить. Насколько широко советскими и российскими спецслужбами применялись «медовые ловушки» — вопрос крайне спорный... нынешняя российская пропаганда, например, утверждает, что «медовые ловушки» советскими спецслужбами использовались вовсю, про это снимают сериалы. Есть, понятное дело, и другие мнения. Но, в любом случае, несколько случаев использования «медовых ловушек» известны весьма широко и, можно сказать, хорошо задокументированы. Одной из известнейших «медовых» разведчиц была Лариса Кронберг, и её случай заслуживает того, чтобы рассказать о нём подробно.

В 1954 году Лариса Кронберг снялась в фильме «Большая семья»; сыграла, к слову сказать, неплохо, — если Борис Андреев, Алексей Баталов, Елена Добронравова и большинство других товарищей Кронберг по тому касту деятельно поучаствовали в убийстве персонажей романа «Журбины», то Лариса Ивановна, скорее, свою героиню вытягивала игрой, хотя, усилиями сценаристов, вытянуть там можно было мало что. В 1955 году этот фильм на французском (важно) Каннском кинофестивале получил награду за «лучший актерский ансамбль», в состав которого («ансамбля», удостоенного награды) французское жюри включило и Кронберг. А в конце того же 1955 года французским послом в Москве стал Морис Дежан; в дальнейшем — большой друг советского народа, а начиналась эта великая дружба вот так: «Затащить в постель любителя блондинок Мориса Дежана для внештатной сотрудницы КГБ Ларисы Кронберг оказалось делом техники. Во время одного из таких свиданий в квартиру ворвался «ревнивый муж» Соболевской, по совместительству агент госбезопасности, который набросился на дипломата с кулаками и начал грозить судом. Чтобы избежать скандала, Дежану пришлось обратиться за помощью к московским знакомым, которые с радостью её предоставили — в обмен на сотрудничество с КГБ. За это участие в «спецоперации» Лариса была награждена швейцарскими часами, выполненными из золота и бриллиантов».

В общем, опыт успешного использования известных на весь мир людей у советских (а значит, и российских, присвоивших себе «советское наследство») спецслужб был... просто эрудит «Bad Comedian» об этом не знает. Как не знает и о принципе «Инициативников не берём», потому пытается острить: «Мне нравится, что в России в спецагенты набирают людей против их воли», — да выходит плоско. С остротами у «Bad Comedian» в этот раз вообще не задалось: «К слову, в команду "Воробьев" входят и парни. Видимо потому что на загнивающем Западе...», — тут было бы логично предположить, что потому, что на загнивающем Западе, как и в России, различные «ответственные» должности могут занимать не только мужчины, но и женщины, но у острослова своё объяснение... «остроумное», соответственно.

При всём при том, несколько правильных замечаний кинокритик делает. Вот, например: «Работаешь на Россию - тебя используют; работаешь на Америку - ты делаешь что-то для себя». Как я уже сказал, в фильме никак не показаны преимущества американской «системы» над российской; в фильме их нет, и когда положительный герой Нэш пытается «показать» и «обосновать» эти преимущества, он смотрится жалко... вот только с чего «Bad Comedian» взял, что американский зритель этого не заметит или должен не заметить. Американская «Система» в фильме показана, как ничем, по существу, не отличающаяся от российской; российской «Системе» в фильме приписаны «зверства», о которых широко известно, что они совершались американцами (пресловутые «пытки хард-роком»)... но, тем не менее, «Bad Comedian», почему-то, записывает «Красного воробья» в «пропагандистское кино», — неужели потому, что американских зрителей он полагает крайне тупыми существами?! 

Что же касается «расчеловечивания противника», — то, во-первых, как я уже постарался показать, «расчеловечивания» русских людей в фильме нет; напротив, они показаны более умными, чем «наши неуклюжие американские друзья». Во-вторых, «расчеловечивающая» пропаганда, которую одно империалистическое государство применяет против другого империалистического государства — суть необходимая составная часть конкурентной борьбы между империалистическими государствами. Противопоставлять ей, в любом случае, нужно (и единственно возможно) революционную антиимпериалистическую пропаганду, направленную на превращение империалистических противостояний в гражданские войны внутри империалистических держав, войны угнетённых против угнетателей. И для этой революционной пропаганды образы «злобных русских орков», «тупых американских дегенератов» и тому подобные вполне могут быть полезны; «злобный орк», защищающий «Стабильность», или воин будущего, воин-коммунист, — именно такой выбор можно и нужно ставить перед солдатом всякой империалистической державы.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded