octbol

Categories:

Анти-ФКП. Выпуск 5. "Чернобыль" (почти #соцреализм ) #Чернобыль #кино #СССР #СоветскийСоюз #правда

Смотреть нашумевший сериал "Чернобыль" я, откровенно говоря, изначально не собирался: об аварии на Чернобыльской АЭС мне мало что известно, но, при этом, слышать приходилось всякое (в том числе от людей, которые были лично знакомы с участниками ликвидации последствий случившегося; с самими ликвидаторами, так уж вышло, общаться не довелось, да и особого желания не было, а вот из вторых рук "узнал" много чего), в физике я толком не разбираюсь, - соответственно, самостоятельно оценить то, что мне показывают, не мог, а значит, при просмотре оставалось либо просто верить авторам (но с какой стати?), либо столь же просто считать излагаемое ими враньём (но, опять же, на каком основании?). Видный "агитатор и пропагандист" Семин, однако, так старался убедить меня в том, что просмотр "Чернобыля" является насущной необходимостью, что, в конце концов, подумалось: лучше уж один раз увидеть. В конце концов, это в физике я не разбираюсь, а в обществоведении-то маленько понимаю, и про историю СССР знаю кой-чего.

Сразу скажу, что изложения научной истины я от этого произведения с самого начала не ждал... просто потому, что научная истина раскрывается в научных работах (и то, к сожалению, далеко не во всех); искать её в художественных (в "лучшем" случае, научно-популярных) произведениях - это такая глуповатая забава российских интеллигентов, имеющая советское происхождение, как и многие другие российские практики... в СССР не только поэт считался чем-то "больше чем поэт", но и писатель-прозаик тоже почитался "чем-то большим". Кто-то искал "сокровенное знание" в словесных упражнениях Солженицына, кто-то - в книгах Шолохова... некоторые, особо выдающиеся, деятели даже пытались постигнуть историю Октябрьской революции, читая Джона Рида. Не избежал этой скорбной участи и "Чернобыль", - одни восхитились им как очередным источником "сокровенного знания", другие обозлились на создателей за искажение исторических фактов. Ну, а я просто заранее настроился на то, что мне покажут некую картинку, которая будет в какой-то мере отражать реальность, - как ту, тридцатилетней давности, так и, по необходимости, нынешнюю, - и не более того. С этой точки зрения я и оцениваю данное кино.

"Чернобыль" показывает государство, обозначаемое, как "Советский Союз" (образца 1986 года). Этим государством управляет "Коммунистическая партия", имеющая соответствующую идеологию... вроде бы; на самом деле, как это нередко бывает в современном кино про СССР и Россию, - особенно "западном", - понять, чего, собственно, "Коммунистическая партия" хочет, для чего действует, из кино очень трудно. Возможно, авторы рассчитывают на то, что их зрители "и так знают", чего хотят коммунисты, и соответствующие мотивации могут додумать самостоятельно... насколько я понимаю, и в России, и "на Западе" зрители с нужными свойствами находятся в большом количестве, - но лично для меня это большая сюжетная дыра. В "Чернобыле" показано, как сильно руководство "Партии", - включая генсека Горбачева, - заботится о том, как её воспринимает "Запад"... а ради чего, что именно "Партия" предлагает, "Западу" в том числе, - из кино остаётся неведомым. Впрочем, создатели "Чернобыля", - возможно, помимо своей воли, - подошли-таки к тому, что "Партия" если и не заботится о народе, то, во всяком случае, пытается заботиться. Но - как "внешняя", управляющая "сверху" сила. Можно сказать, что "Партия" желает править народом, чтобы, посредством управленческих решений, улучшать условия его жизни; это - мой домысел, но в "Чернобыле" не показано, как партийные руководители "набивают карманы", да и на жаждущих "править ради самого правления" они не похожи (в рассуждениях заместителя главы Советского правительства Щербины, ближе к концу сериала, проскакивают намёки на "желание быть первым", но это больше похоже на излишнюю самокритику; определённо присутствует любование своим положением и у минского партийного руководителя, с которым общается учёная Ульяна Хомюк, но его поведение не выглядит, как типичное), так что только (пусть сколь угодно своеобразно понимаемая) "забота о народе" и остаётся, - тем более, что "советский народ", каким он показан в сериале, не выглядит ни голодающим, ни запуганным (несмотря на наличие "все контролирующего КГБ").

Сведения о собственных ошибках "Партия", однако, старается скрывать и от "цивилизованного мира", и от "собственного народа" (при этом, мнение "цивилизованного мира" для партии явно имеет гораздо большее значение). Очень многие общественно значимые сведения в этом "Советском Союзе" являются государственной тайной, на страже которой бдительно стоит КГБ, следящий за всеми, включая собственное руководство. Последствия этого тяжелы: когда происходит авария на Чернобыльской атомной электростанции, её работники оказываются, по существу, не готовыми к ней, а советское руководство с трудом осознаёт последствия случившегося... ну, а о том, что к катастрофе оказываются неподготовленными "простые люди", с любопытством наблюдающие за "красивым" пожаром на АЭС и получающие по ходу наблюдения смертельно опасное облучение, нечего и говорить. Кроме того, между "Партией" и "простым народом" наличествует существенное отчуждение, особенно ярко проявляющееся в сюжетной линии, связанной с "тульскими шахтёрами"; заботясь об их безопасности, руководители операции по ликвидации последствий аварии не позволяют им установить на участке работ вентиляторы (дабы не поднять радиоактивную пыль), - и горняки, измученные жарой, в конце концов полностью оголились (что не только выглядит странно, но и создаёт существенную угрозу их здоровью)... можно предположить, что и молодой (мне кажется, в жизни он был сильно старше) "угольный министр" Щадов принимал какие-то меры для улучшения условий жизни горняков, - но встречают они его крайне враждебно, разговаривают с ним грубо и, в конце концов, "символически" пачкают ему пиджак. При этом, стоит ещё раз отметить, советский "простой народ" отнюдь не является запуганным: появление Щадова с двумя автоматчиками (не взводом... явно в этом "Советском Союзе" не "одна половина сидела, другая охраняла") горняков не пугает, они чётко заявляют ему, что "это наша шахта", ведут себя, как хозяева положения... и это можно было бы списать на "особую отчаянность" горняков, если бы "научная общественность" не вела себя схожим образом: академик Легасов с ходу "лезет" решать политические вопросы и с Щербиной, заместителем главы правительства, общается, как с равным (поначалу Щербина пытается его одёргивать, но к специалисту, пусть сперва и нехотя, всегда прислушивается, а убедившись, что утверждения Легасова соответствуют действительности, и вовсе начинает общаться с ним дружески; при этом, конечно, Щербина угрожает однажды Легасову "сбросить с вертолёта", если тот не объяснит устройство атомного реактора как следует, - но эту угрозу Легасов явно не воспринимает всерьёз), не боится "массовых репрессий" и учёная Хомюк (и её не "репрессируют"... когда она "прорывается" в Припять, нарушая строгий пропускной режим, и требует отвести её к начальству, - её задерживают, но не расстреливают, а доставляют-таки к Легасову и Щербине). В качестве представителя крестьянства показана некая старушка, пережившая "сталинский голодомор" (российскому зрителю вряд ли будет понятен весь чёрный юмор, связанный с появлением этого персонажа; дело в том, что на Украине и на "Западе" сейчас "голодомор" считается "геноцидом украинского народа", то есть целенаправленным уничтожением украинцев... и вот, значит, "всплывает" украинская старушка, которая постоянно в своей жизни встречала каких-нибудь солдат, в том числе "сталинских", но умудрилась пережить этот "геноцид")... общаясь с военными, то есть представителями государства, она тоже не тушуется (а молодой солдат, которому выпало отвечать за её эвакуацию, общается с пожилой крестьянкой исключительно уважительно... её "корову-кормилицу" он, конечно, в итоге расстреливает, но о применении насилия к самой гражданке СССР нет и речи, солдат настойчиво и весьма терпеливо её уговаривает). 

Учёная Ульяна Хомюк идёт против "режима секретности". Авторы кино зачем-то (своей догадкой насчёт того, зачем именно, поделюсь в конце) придали ей внешнее сходство с советской писательницей Светланой Алексиевич (усиливающееся тем, что обе проживают в Минске... и Хомюк, как и Алексиевич, собирает устные свидетельства участников событий), - на мой взгляд, сериалу это на пользу не пошло (иной раз забываешь, что героиня - не "представитель озабоченной общественности", а учёная, профессионально разбирающаяся в вопросе). Но если не обращать на это внимание, - образ просто замечательный: ради блага людей Хомюк упорно "раскапывает" причины аварии, не останавливаясь ни перед какими препятствиями. Психологическую поддержку учёной в её борьбе оказывают... образы Маркса и Ленина, чьи портреты в изобилии украшают стены советских учреждений. Прежде, чем пойти к минскому "партийному боссу", чтобы добиться эвакуации города, она смотрит на висящий в здании партийного учреждения портрет Ленина, и это, судя по всему, придаёт ей сил...

А Маркс с портрета как бы символически присоединяется к её словам, когда она выступает перед Горбачевым. 

В конце концов, Хомюк обнаруживает, что что-то похожее на аварию на Чернобыльской АЭС, происходило на советских атомных электростанциях и раньше (например, под Ленинградом в 1975 году), но данные об этом были засекречены вырвавшимся из-под общественного контроля КГБ, - и приходит к выводу, что начальство Чернобыльской АЭС не могло в полной мере осознавать последствия своих действий, не вполне понимало, с чем может столкнуться по ходу работы. Неудовлетворительной организации дела на советских АЭС Хомюк, выступая на суде над предполагаемыми виновниками аварии, противопоставляет подготовку полёта Гагарина в космос, - решительно требуя, тем самым, усиления общественного контроля над работой атомных электростанций, и повышения уровня профессиональной подготовки работников.

Это - очень важный момент. Критикуя порядок, сложившийся в СССР по итогам XX, XXI и XXII съездов КПСС (именно их поминает советский прокурор в начале своей речи на суде, сцена которого является кульминацией всего сериала), Хомюк требует не допуска на атомные станции "эффективных собственников", - а усиления общественного контроля над работой АЭС; не приватизации атомных станций (когда "государственные тайны", существующие и в буржуазных государствах, дополнятся "коммерческими тайнами"), - а их настоящего обобществления, чтобы всё советское общество понимало, что там происходит (и, соответственно, могло принимать участие в управлении). Академик Легасов, вдохновлённый Хомюк, высказывается против подхода, при котором массово строятся менее безопасные реакторы, потому что "так дешевле", - против "экономии средств" в ущерб безопасности, против рыночного подхода. Таким получается, - вполне возможно, вопреки воле создателей "Чернобыля" (а может быть, и по их воле, "держать фигу в кармане" не только советские мастера культуры могли), - смысл "детективной" сюжетной линии сериала, связанной с "общественным расследованием" причин аварии.

Ещё одна важная сюжетная линия, тесно связанная с "детективной", - это линия, рассказывающая о, собственно, ликвидации последствий аварии. По существу, главным героем здесь становится советский руководитель Щербина, который "пробивает" проведение требующихся для ликвидации мероприятий с помощью своего "аппаратного веса" (а в конце использует тот же «вес» для того, чтобы заставить «народный суд» выслушать показания Легасова до конца). Щербина показан как руководитель, умеющий слушать специалистов (даже его первоначальные "спокойные" оценки случившегося в Чернобыле получаются не из его "личного самодурства", а основаны на том, что ему "разъяснили"... постепенно, беря консультации у Легасова и лично знакомясь с положением дел, он всё лучше понимает истинный масштаб катастрофы), понимающий "простой народ" (когда нужно найти трёх добровольцев из числа работников Чернобыльской АЭС для "самоубийственной" операции, Легасов пытается набрать их с помощью обмана и обещаний денежного вознаграждения, - а Щербина говорит работникам всё, как есть, объясняя, что если смертельно опасная работа не будет сделана, погибнет очень много людей... и, в итоге, на "зов" Легасова не откликается никто, а по призыву Щербины добровольцы находятся; позже Щербина советует Легасову говорить правду и шахтёрам, когда Легасов опять собирается как-нибудь соврать) и самокритичный. Легасов в последней серии говорит Щербине, что тот - исключение... но это - личное мнение Легасова, который не особо-то хорошо разбирается в людях (как показывает та же попытка найти добровольцев среди сотрудников ). На самом деле по сериалу "Чернобыль" получается, что руководителей "типа Щербины" в СССР, - на всех уровнях, - по меньшей мере не меньше, чем руководителей "типа Горбачева", думающих лишь о собственном "имидже" в глазах "Запада" или упивающихся собственным «высоким положением». Сцены работ по ликвидации последствий аварии показывают не только самоотверженность "простых" исполнителей, - но и заботу об их безопасности со стороны руководства; даже солдат-"биороботов" (это словечко, кстати, использует Легасов... который вообще, если присмотреться внимательнее, выглядит не таким уж симпатичным персонажем), отправленных на расчистку крыши четвёртого энергоблока (потому что техника там не работает, - вначале-то всё-таки пускают технику, даже обращаясь за помощью к правительству Западной Германии), всё-таки подробно инструктируют, определяют для них нормативы по времени... да, спасает это не всех, да, они выглядят "смертниками", но, всё же, это отнюдь не "тупое заваливание трупами". Ну, а сцена, в которой генерал химических войск Пикалов лично едет к развалинам четвёртого энергоблока ЧАЭС, чтобы измерить уровень излучения (полной гарантии безопасности измеряющего нет, а отправлять на смерть своих подчинённых генерал, получается, не желает), - она просто говорит сама за себя.

В общем и целом, образ "Советского Союза", созданный авторами "Чернобыля", достаточно точно отражает действительное состояние советского общества образца 1986 года. "Бытовая коррупция" (Людмила Игнатенко, жена тушившего пожар на Чернобыльской АЭС пожарного, проникает в московскую больницу, дав взятку "вахтерше"), начинающаяся межнациональная рознь (грузинский солдат-"афганец", участвующий в отстреле обитающих рядом с АЭС животных, называет сослуживца "армянским ублюдком"... впрочем, армянин никак на это не отвечает, на драку нет и намёка, остатки дружбы народов ещё сохраняются, позволяя недолюбливающим друг друга людям всё-таки сделать общее дело), отчуждение между теряющей себя"правящей партией" и "простым народом" (об этом подробно говорилось выше), выход спецслужб из-под общественного контроля, повышенное внимание ко "внешней угрозе" при оставлении без должного внимания внутренних проблем (некоторые персонажи сериала поначалу подозревают, что происходящее в связи с аварией на Чернобыльской АЭС - это начало "нападения американцев"), - всё это в настоящем Советском Союзе образца 1986 было. В дальнейшем "правящая партия" и спецслужбы зашли ещё дальше, начав уничтожать Советскую власть и открыто устанавливать на советской земле буржуазные отношения (предпосылки для чего были созданы как раз благодаря курсу, определённому 20 - 22 съездами КПСС), - а семена межнациональной розни и распространённый в обществе страх перед "внешней угрозой" были не без успеха использованы для прикрытия этого чёрного дела.

По существу, "Чернобыль" снят в соответствии с канонами социалистического реализма. По словам Горького, "Социалистический реализм утверждает бытие как деяние, как творчество, цель которого — непрерывное развитие ценнейших индивидуальных способностей человека ради победы его над силами природы, ради его здоровья и долголетия, ради великого счастья жить на земле", - и в сериале показаны деятельные герои, борющиеся за народное счастье, используя свои ценнейшие индивидуальные способности: учёная Ульяна Хомюк и "партийный бюрократ" Борис Щербина. При этом, если Хомюк выглядит "с самого начала такой", то Щербина именно развивается по ходу знакомства с обстоятельствами порученного ему дела, меняет себя для того, чтобы успешно решить поставленную «Партией» задачу. При этом, «Чернобыль» является культурным продуктом буржуазного общества, созданным на средства крупных капиталистов, — поэтому, разумеется, без антисоветской «обязательной программы» там не обходится... но все «номера» её весьма скучны (предсмертные рассуждения Легасова об отвратительном Дятлове, который заслуживает расстрела, но страшная тоталитарная система отправила его в лагеря на десять лет; упитанная старушка, успешно пережившая столкновение со «сталинскими солдатами» во время «Голодомор-геноцида»; «исторический экскурс» Щербины о том, как Сталин «выселил поляков» из тех мест, где в дальнейшем построили Чернобыльскую АЭС, — и тому подобное), сделаны на «отвали».

По большому счёту, единственное, в чём можно авторов "Чернобыля" упрекнуть, - это то, что они не раскрыли как следует вопрос о причинах, по которым недостатки РБМК, "реакторов чернобыльского типа", долгое время засекречивались. В сериале всё сведено к проискам КГБ, который, надо понимать, заботится о том, чтобы весь мир воспринимал советские реакторы, как совершенно безотказные и лишённые каких-либо недостатков... что, в конце концов, начинает расходиться с логикой, поскольку если стоит задача всячески скрывать недостатки, включая и сокрытие последствий аварийных ситуаций, то где-то в недрах засекречивающей организации должны бы разрабатываться механизмы скорейшей ликвидации последствий аварий (чтобы никто не успел заметить), а этого нет (агенты КГБ «есть везде»... кроме операционного зала Чернобыльской АЭС). В действительности, насколько можно судить по открытым данным, засекречивание происходило с подачи руководства советского Министерства "среднего машиностроения", к которому имели отношение конструктор РБМК Доллежаль и научный руководитель разработки реактора Александров... в сталинские времена эта публика обитала в "шарашках", под бдительным присмотром стражей советского порядка, - но после смерти Сталина, на волне интеллигентской контрреволюции, они из "шарашек" вырвались и, вместе со множеством подобных деятелей, занялись (в данном случае научным) "свободным творчеством", последствия которого и показаны в сериале "Чернобыль". Поговаривают, правда, что какие-то меры для повышения уровня безопасности при работе с РБМК они принимали, - но тоже "свободно-творчески", стараясь не привлекать внимание партийно-государственного руководства к этому (а "свободные творцы" непосредственно на атомных станциях, по этой причине, нередко оставляли предупреждения "вышестоящих свободных творцов" без должного внимания). В общем, рассказывая время от времени советским рабочим и крестьянам об ужасных последствиях возможной ядерной войны, о «ядерной зиме» и всём прочем (и, тем самым, волей-неволей подталкивая их к разоружению перед силами мирового империализма), — интеллигенты, в итоге, как раз сами и «сбросили» на СССР ту единственную атомную бомбу, которая «упала» на советской земле не в рамках учений (в рамках разнообразных военных учений и СССР, и США отбомбились по самим себе на целую ядерную войну).

Об академике Доллежале сообщается: "В докладе МАГАТЭ об аварии на ЧАЭС имя Доллежаля не упоминается", - а теперь его и Александрова "не заметили" и авторы "Чернобыля". Почему "не заметили", догадаться нетрудно: хотя из той же речи Хомюк на "народном суде" вытекает, что необходим общественный контроль над работой АЭС и атомной промышленностью, - сами авторы всячески стараются придать и её словам, и предсмертным рассуждениям Легасова о "цене лжи" (из которых получается, волей-неволей, что "святую правду" должен знать весь народ) тот смысл, что "режима секретности" не должно быть для членов научного сообщества, что контроль над происходящим в обществе (а может быть, и управление обществом) должен стать делом "ученых", делом интеллигенции (подозреваю, для того ученого-«технаря» Хомюк и сделали внешне похожей на «гуманитария» Алексиевич, создали ей образ этакой «взволнованной общественницы»... образ Ульяны Хомюк должен объединять в себе «технаря» и «гуманитария», «физика» и «лирика», быть образом «интеллигента вообще»)... а может быть, и лево-либерального «мирового правительства», составленного из «наиболее выдающихся» интеллигентов. По существу, авторы "Чернобыля" (или его заказчики) являются единомышленниками "свободных научных творцов" Доллежаля и Александрова, - потому их "заслуги перед обществом" и приписаны "вездесущему КГБ".

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded